В моей биографии много общего с другими людьми. Я вырос в семье неверующих. По материнской линии никто не был религиозным. Дед работал главным бухгалтером какого-то объединения уральских заводов, мать - врачом, живым олицетворением материализма.
По отцовской линии родственники держались вместе, в них еще сохранилось уважение к Торе, раввинам, вообще верующим людям (разумеется, только в рамках иудаизма). Но и они религию рассматривали больше как своеобразную «специю жизни» и никогда не говорили о ней, как о ценности, как о единственном средстве разрешения проблем человеческого существования. Отец мой был человеком военным и преподавал историю КПСС, так что религиозной практикой он не занимался. Правда, иногда он произносил загадочные слова: «Бог должен быть в сердце».
Но, как я сейчас понимаю, это он так себе объяснял, почему редко ходит в синагогу.
Что касается синагоги, то из моих детских и юношеских визитов оттуда я вынес убеждение, что это, скорее, не храм, а этнический клуб, где люди собираются в порядке национального самоосознания. Ни о Боге, ни о служении Ему я там не узнал. Так что воспитание мое было атеистическим.
После Гауд̣а-ман̣д̣ала Парикрамы состоялась пятая ежегодная Навадвӣпа- дхāма Парикрамā, во время которой тлеющая оппозиция кастовых Госвами достигла своего апогея. Ш́рӣла Сарасватӣ Т̣хāкур бесстрашно и последовательно оспаривал порочную деятельность псевдопреданных, такую как взимание платы за вход в храм, пение кӣртана и чтение «Ш́рӣмад-Бха̄гаватам» за деньги, а также бизнес на положении гуру. Кроме того, его проповедь о том, что Мāйāпур является настоящим местом рождения Господа Чайтаньи, всё больше и больше подрывала основы бизнеса владельцев храмов Навадвӣпы. В предыдущем году, организовав так называемую религиозную встречу, которая проходила недалеко от Кулии, где остановились преданные во главе со Ш́рӣлой Сарасватӣ Т̣хāкуром, совершавшие Парикраму, местные кастовые Госвами безуспешно пытались отвлечь внимание людей от Парикрамы. После этого случая между двумя сторонами сохранялись достаточно напряжённые отношения, и конфликт казался неизбежным.
Это было сорок лет назад, в августе 1977 года, всего за три месяца до того, как Шрила Прабхупада оставил этот мир. Шрила Прабхупада сидел в своей комнате во Вриндаване, он был очень болен и прислонившись к стене, мало на что реагировал, когда некоторые санньяси рассказывали о своей проповеднической деятельности. Затем пришел преданный со всежей копией «Индостан Таймс», и настроение Шрилы Прабхупады резко изменилось. В известной индийской газете была опубликована статья о недавней свадьбе Харе Кришна в Детройте, которая получила широкую международную поддержку для его движения.
Bhaktivedanta Archives обновили программу Bhaktivedanta Vedabase до версии 2019. Сейчас можно скачать не только обновлённый файл .NFO, но и всю установочную программу (для Windows и Mac).
Ачйутāнандер нирйāн̣ (Уход Ачьютананды): Перевод статьи Шрилы Бхактивиноды Тхакура из «Саджджана-тошани» (том 7, номер 2. Май 1895 г.).
Шрила Прабхупада говорит [лекция Шрилы Прабхупады на церемонии инициации, в Сан-Франциско, в 1968 году]: «Мы не можем быть безответственными, потому что жизнь наша очень коротка. Мы не знаем, когда придет смерть. Особенно в наши дни. Мы передвигаемся по улице, мы передвигается с помощью самолета, на каждом шагу опасность».
Абхай не мог себе позволить путешествовать с духовным учителем и даже часто видеться с ним. Фармацевтический бизнес и постоянные деловые поездки отнимали у него много времени. Однако он старался приезжать в Калькутту по делам именно тогда, когда там находился Шрила Бхактисиддханта. Поэтому за последующие четыре года он смог увидеть своего духовного учителя не меньше десяти раз.